mef_ibn_stofel (mef_ibn_stofel) wrote,
mef_ibn_stofel
mef_ibn_stofel

Абсолютная и глобальная граница доходности в капитализме.


Текст написал немецкий журналист и макроэкономист André Kühnlenz
При переводе я постарался сохранить форматирование оригинала.


Есть широко распространённый и излюбленный упрёк в отношении политиков и экономистов: неолибиральный zeitgeist,
который распространился в начале семидесятых годов в западном мире, в ответе за то, что богатые становятся ещё богаче,
а доход работающих по найму  едва растёт или падает. Дерегуляция, приватизация, а также либерализация и глобализация
в финансовой отрасли, сильная фокусировка на конкурентоспособности стоимости труда – всё это якобы только усиливает
этот тренд.

В особенности левые ( или кейнсианские) экономисты – а с недавних пор и Центральный Банк Германии – верят в то, что
многие проблемы в рыночной экономике могут быть решены путём перераспределением доходов. Якобы нужно вернуться
к доброму старому "классовому" компромиссу, который означал, что доходы работающих по найму и доходы владельцев
капитала растут одинаково быстро. Есть для этого простая формула: зарплаты должны в тенденции увеличиваться как сумма
инфляции и роста производительности. Тогда всем будет хорошо, если производительность экономики растёт. Однако
это уже давно не так.

Часто забывают: уже в 1950-ых и 1960-ых годах, в "золотую эпоху" капитализма,  долговые обязательства сильно
повысились в сравнении с общей прибылью мировой экономики (по данным Банка международных расчётов). С другой
стороны это только значит, что во время так называемого "Wirtschaftswunder"  лишь состояния немногих сильно увеличились.
Дело в том, что компромисс о перераспределении, конечно, таковым не был и никогда таковым не  будет: доход в 1 миллион
евро в год даёт больше, если его дать в рост под 3 процента, чем  если дать в рост 10000 евро под те же 3 процента – всё очень
просто. Те, кто сегодня жалуются об  огромных долговых обязательствах по всему миру, также должны жаловаться об объёмах
финансовых активов, которые ищут по всему миру возможность отдать себя в рост – это тоже всё очень просто.




По подсчётам McKinsey объём общемировых финансовых активов  в 2012 году составлял  225 триллионов долларов – это 312
процентов тогдашнего всемирного ВВП. Если для этих долговых обязательств требуется процентная ставка хотя бы в 1,2 процента,
то тогда весь рост доходов, который МВФ ожидает в этом году, ушёл бы карманы владельцев этих активов, при это зарплата работающих
по найму не поднялась бы. И это при общемировой инфляции в 3,5 процента!

Но лишь тот, кто сегодня покупает немецкие государственные облигации, согласится на доход в 1,2 процента. Таким образом легко
понять, почему  и совсем не со вчерашнего дня происходит давление на уровень зарплат в промышленно развитых странах. Американцы, 
британцы и чуть позже немцы просто это поняли быстрее всех. А владельцы сбережений должны понять, почему по всему миру проценты
такие низкие – нет, центральные банки тут ничего поделать не могут.  Все эти проценты кто-то  должен заработать, произвести где-то
на этой планете, а не на Марсе или на Луне.

Неолиберальный zeitgeist , а также нынешняя политика по уменьшению госрасходов (austerity)  это не просто выдумка каких-то
профессоров или  закоренелых либералов, но в конце концов результат давления при поиске ренты для огромных финансовых активов.
Проблема конкурентоспособности некоторых сегментов рынка тут вторична. Правительства в США и Европе всё больше и больше поддаются
этому давлению: теперь они пытаются избавиться от послевоенного кейнсианского государства, уменьшить свои расходы и тем самым увеличить 
давление на заработную плату.

Инвестиционные возможности в любом конъюнктурном цикле всегда ограничены, поскольку каждый цикл когда-нибудь подходит
к точке разворота. Поэтому часть дохода – прежде всего прибыль из финансовых активов – принимает форму новых кредитов или
идёт на рынок акций (на рынке акций и кредитов образуются "пузыри"). Так происходит в каждом конъюнктурном цикле. Но в отличии
от того, что было 70 лет назад, теперь финансовые активы уничтожаются в каждом цикле. Кредитная пирамида до 2007 года могла
успешно, но не вечно скрывать это обстоятельство.

Ограниченные инвестиционные возможности являются одной из важных причин того, что финансовые активы (акции, облигации и кредиты)
растут столь экспоненциально по сравнению с заработной платой. Дело совсем не в отказе от золотого стандарта, как утверждают некоторые.
И во время золотого стандарта были векселя в расчёте на будущий доход. Современные деньги только упростили аккумуляцию капитала
и способствовали небывалой динамике капитализма.

Наши деньги в современной экономике рассчитаны на ожидания будущих доходов. Но мир  больше  не в состоянии соответствовать
этим ожиданиям. Мы достигли абсолютную и глобальную границу доходности финансовых активов уже много лет назад. Прибыль
создаётся только в реальной экономике, а не в финансовой системе. Поэтому сегодня финансовые активы уничтожаются при  любом
конъюнктурном оживлении, а не только в рецессии. Правительства и центральные банки тем не менее правы в том, что предотвращают
полное "падение" во время конъюнктурных кризисов.

Последствия ясны: кризисы будут всё тяжелее, а для правительств и центральных банков будет всё труднее смягчать эти кризисы.
Лишь с большим трудом  центральном банку США удалось оживить экономику у себя в стране. Если же другой большой центральный
банк, ЕЦБ, останется позади в своих стремлениях оживить экономику, то это приведёт к возникновению новых очагов кризиса, которые
в свою очередь усилят угрозу военных конфликтов по всему миру.

Так, например,  в конфликте  в Украине не может обвинён только "злой" Путин, поскольку у этого конфликта как минимум две
экономические причины: новые рынки сбыта и инвестиций, а также сохранение доллара как мировой резервной валюты. Но и это
поможет ненадолго, даже если Запад переиграет Путина в этом случае.

Если же мы хотим сохранить регулятивное государство кейнсианского толка, в котором владельцы капитала и работающие
по найму могут договориться  о перераспределение доходов, и в котором государство может и должно смягчать конъюнктурные
кризисы, то мы обязаны подумать о глобальном ресете: об  обнулении долгов, которое настолько уменьшит финансовые активы,
что последние снова станут приносить прибыль.

Например, можно у всех финансовых активов убрать один ноль, оставив нетронутым 100000 для каждого. Это было бы денежная
реформа с потерей в 90 процентов. И тогда 50-60 лет всё бы шло хорошо, может быть. Сделать то же самое с помощью гиперинфляции
государствам сейчас не удаётся.

С экономической точки зрения было бы разумно провести обнуление финансовых активов сразу, как только вспыхнет новый кризис.
Ведь мы все знаем, что нас ждёт: нужно только посмотреть на 90 лет назад. Конечно, владельцы капиталов будут против, также будут
против и банки, которые  зарабатывают на любом витке конъюнктурного цикла. Кроме того подобное вмешательство в права собственности
вызовет много конституционных споров.

Дело в том, что по другому не получится, если мы хотим вернутся к мирному сосуществованию. Сильное лобби в пользу обнуления долгов
могли бы создать страховые концерны и инвестиционные фонды, которые в общем и целом не зарабатывают достаточно прибыли для своих
клиентов. Но им проще назначать  козлами отпущения центральные банки. А поскольку люди естественным образом неразумны, сначала
должна случиться катастрофа (экономическая или в форме радикализации общества), которая заставит нас образумиться. 
И от осознания этого становится страшно.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments